| Очень грусная сказка |
[Сент. 22, 2011|01:32 pm] |
СКАЗКА ПРО ФАРФОРОВОГО ГУСЯ
Когда-то давно в густом баварском лесу жила-была Цапля. Была эта Цапля очень красивой, серая с белым, изящная, со стройной гибкой длинной шеей и желтым клювом. Ночевала она на большом дереве с пышной кроной, а кушать прилетала на реку, где ловила рыбку. Рядом, на берегу, стоял дом, и в одном из окон на подо¬коннике виднелся Фарфоровый Гусь. Цапля его очень любила.
Она часто садилась на подоконник со стороны ули¬цы, а когда наступало лето и окна открывались на¬стежь, она залетала в дом и стояла рядом со своим воз¬любленным.
— Здравствуй, милый, — говорила она Гусю.
Но он молчал и даже не поворачивал голову в ее сто¬рону.
— Я так рада тебя видеть, я скучала без тебя, — гово¬рила Цапля.
Но Гусь молчал и не произносил ни слова.
Цапля трогала его крылом, гладила перышками его белоснежную голову, прикасалась клювом к холодному красному клюву Гуся, но ни разу он не ответил на ее ласку. Гусь был неживым.
Шло время, и Цапле надоело любить Гуся безответно. Она полетела к Волшебнице и попросила ее о помощи.
— Пожалуйста, сделай так, чтобы Фарфоровый Гусь ожил, — умоляла она. — Я хочу, чтобы он видел меня, слышал мои слова, разговаривал со мной. Я очень его люблю, и я уверена, что он тоже меня полюбит и мы будем очень-очень счастливы. Мы улетим ко мне на де¬рево и будем жить вместе долгие годы.
Волшебница нахмурилась.
— Ты хорошо подумала, Цапелька? — строго спросила она. — Ты уверена, что хочешь именно этого? Ты увере¬на, что будет лучше, если Фарфоровый Гусь оживет?
— Я уверена, уверена, — горячо говорила Цапля. — Что же может быть плохого, если встретятся два любя¬щих сердца? Фарфоровый Гусь уже много лет стоит на подоконнике и не видит ничего, кроме комнаты и сво¬их хозяев. А со мной он увидит и реку, и траву, и дере¬вья, и солнышко, и снег, он узнает, что такое ветер и дождь, он подружится с другими птицами и животны¬ми. Он увидит мир! Этот прекрасный многообразный чудесный мир! Он будет жить, а не прозябать!
— А ты уверена, что сам Фарфоровый Гусь этого хо¬чет? Может быть, ему нравится быть фарфоровым и он совершенно не собирается оживать? Ты об этом не по¬думала?
— Да что мне об этом думать! Как можно хотеть быть мертвым, когда есть возможность стать живым? Тут и обсуждать нечего!
— Ног может быть, все-таки сначала ты спросишь у него?
— Как же я спрошу, если он меня не слышит и не мо¬жет разговаривать? — удивилась Цапля. — А я убеждена, что нет ничего лучше жизни. Жизнь — это самое глав¬ное. И уж точно жизнь лучше смерти, а жить — лучше, чем быть неподвижной статуэткой на окне в доме у двух стариков.
— Ты точно это знаешь? — спросила Волшебница.
— Точно! Точно! Волшебница покачала головой.
— Имей в виду, Цапелька, делать что-то для другого, не зная, хочет ли он этого, очень опасная затея. Все мо¬жет получиться совсем не так, как ты ожидаешь. И мо¬жет статься, ты пожалеешь о своем решении.
— Ну что ты, Волшебница, — воскликнула Цапля, — я никогда не пожалею, если Фарфоровый Гусь станет жи¬вым! Мы с ним будем очень счастливыми.
— Ну смотри, — произнесла Волшебница загадочную фразу, — если что не так — пеняй на себя. Я сделаю, как ты просишь. Но помни: я тебя предупредила.
А в том доме на берегу реки, на окраине густого ба¬варского леса, жили Марта и Гюнтер. Жили они бедно, едва сводили концы с концами, но были они людьми добрыми и очень порядочными, и вся округа их уважа¬ла, поэтому кто чем мог помогали им. Были у Марты и Гюнтера дети и внуки, которые жили в далеком городе и приезжали очень редко. Каждый их приезд был для стариков праздником.
В тот год дети и внуки собрались приехать к ним на Рождество. Гюнтер отправился в лес за хворостом, что¬бы растопить печь, и еловыми ветками, чтобы украсить дом, а Марте нужно было приготовить угощение. В кла¬довке было совсем пусто, и она пошла к соседям за по¬мощью. У одного взяла луковичку, у другого две мор¬ковки, у третьего пару картофелин, а живший в самом дальнем доме мясник Фридрих подарил ей сахарную косточку, на которой было немного мяса. Марта верну¬лась домой радостной: теперь есть из чего сварить по¬хлебку. Конечно, на Рождество полагается ставить на стол более сытное угощение, но они же с Гюнтером не виноваты, что живут в бедности и единственное их бо¬гатство — Фарфоровый Гусь на подоконнике, бело¬снежный, с красным клювом, украшение всего дома.
Гюнтер вернулся из леса, растопил печку, Марта сва¬рила вкусную похлебку, они украсили дом еловыми ветками и сели у окна ждать родню. Вскоре приехали две их дочери с мужьями и детьми, привезли небога¬тые, но приобретенные с душой и любовью подарки и стали собираться за стол. Марта уже стояла на пороге с котелком похлебки в руках, когда Фарфоровый Гусь взмахнул крыльями и сделал несколько неуверенных шагов по подоконнику.
— Бабушка, смотри, наш гусь стал живым! — закри¬чал младший внук
— Правда, бабуля, — подхватила старшая внучка, — он ожил! Вот это настоящее рождественское чудо! Те¬перь его можно зажарить, и у нас будет взаправдашний праздничный стол, как у богатых!
Марта растерялась и чуть не выронила из рук коте¬лок с обжигающе горячей похлебкой, а Гюнтер вско¬чил со своего места, схватил гуся, отнес на кухню и од¬ним ловким движением свернул ему шею. Марта и ее дочери, придя в себя от изумления, выбежали из ком¬наты и быстро ощипали гуся, нафаршировали приве¬зенными в качестве гостинцев яблоками и поставили в печку. Через два часа в доме Марты и Гюнтера шел на¬стоящий праздничный пир, и вся их большая семья ра¬довалась, что у них Рождество не хуже, чем у других, и дети, наконец, поедят досыта.
Они веселились, пели рождественские гимны, празд¬новали и не видели, что за окном, на заснеженном хо¬лодном подоконнике, стоит красивая бело-серая Цапля и плачет. Неужели именно об этом говорила Волшеб¬ница? Неужели именно об этом предупреждала ее? Как же так получилось? Ведь она, Цапля, хотела сделать как лучше, для Гуся. Ну и для себя, конечно, тоже. Она со¬всем не хотела, чтобы вышло так, как вышло. Она хоте¬ла жизни для Фарфорового Гуся, жизни, полной любви, радости, путешествий и открытий, а получилось, что она своим решением принесла ему мучительную смерть. Ну почему, почему так вышло? Цапля взмахнула крыльями и полетела к Волшебнице.
— А я знала, что ты вернешься ко мне, — хмуро про¬говорила Волшебница. — Наверняка все получилось совсем не так, как ты рассчитывала.
— Это правда, — горестно вздохнула Цапля. — Полу¬чилось все очень плохо. Даже ужасно. Ты не можешь вернуть все обратно? Пусть Гусь снова станет фарфо¬ровым, лучше я буду любить его безответно, чем знать, что его вообще нет больше на свете.
— Так не получится, — грустно улыбнулась Волшеб¬ница. — Ничего нельзя вернуть назад. Во всяком случае, я этого не умею. И на нашей планете я не знаю ни од¬ного волшебника, который бы это умел.
—Тогда объясни, что я сделала не так, — попросила Ца¬пля. — В чем я ошиблась? Почему все вышло так плохо?
— Потому что у каждого существа, живого и неживо¬го, есть свой путь, которым он идет и который ему предназначен. У твоего Гуся было предназначение — стоять на подоконнике в доме и радовать двух нищих стариков, у которых нет ни гроша и ни корки хлеба, за¬то есть красивая фарфоровая статуэтка, на которой от¬дыхали их глаза и при виде которой грелась их душа. Именно для этого твой Гусь был послан судьбой на землю, а вовсе не для того, чтобы быть твоим мужем и летать с тобой вдоль реки. Быть твоим мужем — не его судьба. Ты не захотела с этим считаться, и вот результат.
С той поры Цапля никогда больше не прилетала ло¬вить рыбку в то место, где стоял дом Марты и Гюнтера: вид пустого окна напоминал ей о страшной ошибке. Она улетела далеко-далеко, нашла себе новое дерево для ночлега и новую реку для ловли рыбы, а в густом баварском лесу ее больше никто не видел. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
clavicula17
